volodihin (volodihin) wrote,
volodihin
volodihin

Categories:

ВЛАСТЬ РУССКОГО САМОДЕРЖЦА В БОРЕНИИ С ВЛАСТЬЮ РОДОВОГО АРИСТОКРАТА И ПРИКАЗНОГО ДЬЯКА

(статья из архива покойного историка Д.М. Михайловича)

Русский царь самовластен и единодержавен.
Иначе говоря, вся высшая светская власть сосредоточена в его руках, а сам он неподсуден и неподвластен никому, помимо Господа Бога.
Красивая формула. Блестящий идеал.
Но истинное положение вещей в Московском государстве далеко от простых формул и непогрешимых идеалов, сколь бы совершенным и светлым ни казалось их содержание.
В ту пору, когда Московское княжество начало превращаться в Московское государство, власть государя была весьма сильно ограничена властью рода, или как говаривали историки в XIX веке, "родовых начал". Зато государства (как постоянно действующего разветвленного аппарата) почти не существовало - ни в столице, ни "на местах". Под рукой у великих князей московских имелось лишь то, что обеспечивало бесперебойное функционирование их обширной "вотчины", а не громадной державы.
Государственный аппарат великие князья, а потом цари строят на протяжении двух столетий. Он нужен для постоянного решения административных, дипломатических, финансовых и военных задач в интересах всей страны. И он же необходим государям русским как инструмент для изъятия властных компетенций у родовой аристократии.
Поэтому княжьё и боярство смотрят с крайней неприязнью на безродных дьяков и подьячих, сидящих в приказах и, милостью царя, понемногу забирающих работу управленцев у знатных людей. Разумеется, знать в приказах -- "судьи", т.е. главноначальники. Вроде бы, парят на недосягаемой для "приказных людишек" высоте. Но приказная система может управляться "сверху" мимо них, важные вопросы могут решать "приказными крючками" снизу, помимо них ("А тебе, боярин, токмо подписать нужно, да печать привесить"), да еще большой вопрос, кто именно выбирает: из каких семейств и с какого уровня знатности ставить на свободные вакансии этих самых судей. Засиживаться им, кстати, не дают: "отгодовал" на приказе - получи иную службу. Не пустить корней, не отладить систему "под себя"...
В борении с волей государя и мощью государственного аппарата могущество родовых аристократов к середине XVII века никнет, расточается.
Зато "тело государства" разбухает до размеров колосса. Это, в свою очередь, порождает новые проблемы. Дело тут не в "волоките" и не в коррупции, точнее именуемой старинными русскими словами "взяточничество" и "радение не по правде". Волокита, взяточничество, несправедливые судебные решения в пользу "своих", а также подбор кадров "из своих" - вечные пороки бюрократии, относящиеся ко все временам и народам, не исключая сегодняшнего дня. Старомосковская бюрократия - далеко не худших вариант, она хотя бы работала споро.
Имеется в виду проблема совершенно другая, притом гораздо более серьезная.
При царе Алексее Михайловиче (1645-1676 гг.) приказов - только крупных, действующих долгие годы, - по разным подсчетам, функционировало от 50 до 80. Плюс местные, воеводские администрации. Плюс довольно сложная и пестрая система управления армией. Плюс службы Государева двора. За всей этой махиной великий государь уследить не в состоянии, работай он хоть 24 часа в сутки. Контроль над нею сверху постепенно утрачивается. Система уже очень многое решает сама, обращаясь к царю, как прежде к приказному судье, лишь за подписью.
Алексей Михайлович, разглядев проблему, учреждает Приказ тайных дел. Это, вопреки широко распространенному мнению, вовсе не "тайная полиция", вернее, не только она. Это прообраз личной Его Императорского Величества канцелярии, а также современной администрации президента.
Иными словами, Приказ тайных дел -- учреждение, где не только и даже не столько организуют слежку, расследования с пытками и отправляют на казнь государевых изменников, сколько проверяют приказной аппарат, планируют и координируют его деятельность, готовят назревшие решения по кадровым вопросам. Руководит им лично царь.
И аппарат показывает недовольство существованием подобного ведомства. Во всяком случае, вскоре после кончины Алексея Михайловича Приказ тайных дел расформировывают.
Слишком опасен. Интересы слишком многих лиц задевает...
Это означает: государственный аппарат России уже в XVII столетии, при первых Романовых, имеет собственный, помимо государя и всей державы, интерес, а также некоторые механизмы, позволяющие этот интерес соблюсти.
Возможно, растущую мощь аппарата, которая к XIX веку станет величайшей силой в России, можно было снивелировать, сохранив хотя бы часть властных прерогатив за родовой аристократией. То есть, уравновесить одну силу другой.
Но, во-первых, это исключительно сложное государственное решение.
И, во-вторых, после Смуты, показавшей крайнюю ненадежность самолюбивой знати у кормила правления, ее прижали и принизили столь основательно, что к последней трети XVII века идея хотя бы частичной реставрации ее прежних функций утратила под собой почву. Проще говоря. поздно поворачивать на дорогу, которая уже заросла травой.
Итог нетривиальный: власть самодержца, стесненная властью родовой аристократии, выстроила и использовала против нее государственный аппарат, что, в конечном итоге, привело к победе над вековечной мощью родовых начал. Зато впоследствии могущество самого государственного аппарата стало исподволь, но всё яснее, всё очевиднее теснить власть самодержца.
Таким образом, в России "самодержавие" (или, в императорскую эпоху, "абсолютизм") никогда не обеспечивало монарху совершенного полновластия.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments