volodihin (volodihin) wrote,
volodihin
volodihin

Category:

О романе Дмитрия Казакова "Черное знамя"

Казаков сделал роман в формате альтернативной истории.

Начало века сложилось не так, не было Русско-японской войны, Первую мировую выиграла Германия, зато в России не случилось революции. На протяжении 1920-х – 1930-х в России вырастает сначала мощная евразийская партия, а потом и «Вечная» евразийская империя, построенная по лекалам Н. Трубецкого, Н. Алексеева, Савицкого (старших евразийцев), а затем превратившаяся в тоталитарное чудовище с концлагерями, раскрытием «Большого заговора», культом личности великих вождей. Россия выиграла одну локальную войну, другую, а потом ввязалась во Вторую мировую по формуле одна-против-всех. Главный герой, Олег Одинцов, сначала служит державе не за страх, а за совесть, а потом видит, во что всё это превратилось, и совесть-то как раз не выдерживает. Финал – пуля в голову, и, вроде, для честного человека, инкорпорированного в механизм такой Империи, лучше выхода нет. Ибо тупик. Когда Казаков публиковал свою книгу, он, видимо, еще не знал, что совсем недавно и в схожих обстоятельствах очередной «честный человек» уже совершил очередное самоубийство (Ропшинов, роман «Князь Механический»). Экий знаковый повторчик!

Очень хорошо у Казакова сделан антураж. Идеология евразийства, приемы пропаганды, грызня «народной дружины», т.е., по большому счету, штурмовиков, с элементами регулярного государства, траектория нравственного перерождения «пламенных революционеров» в сластолюбцев у власти и т.п. С этой точки зрения – качественно сделано.

Хорошо еще то, что Казаков четко сказал: человек, который всего себя посвятил тоталитарному государству, Богу молиться уже не может. Для Бога у него в душе места не осталось. Думаю, тут Казаков прав.

Хорошо и то, что автор роман отлично видит мертворожденность евразийского учения. Там есть интересные конструкты (особенно у старших евразийцев, у того же Трубецкого, например), но в целом-то из евразийства можно выжать материал для пропагандистской работы, а вот для большой политики – вряд ли.

Что сделано не ахти?

Во-первых, суицид ни для чего, ни для каких обстоятельств адекватным выходом не является. Не люблю, когда писатели из каких бы то ни было побуждений плодят самоубийц. Люди-то читают и говорят себе: "Раз этот персонаж так сделал, значит и я, в крайнем случае, на такое могу пойти". Да ну его на хрен, ребята, ну его на хрен!

Во-вторых, Казаков, рисуя тоталитарное государство, табуировал опыт Третьего Рейха (националистический), СССР (коммунистический), Российской империи (имперский), собственно евразийство, которое крыл распустить не успело (и слава Богу, между нами говоря). Поскольку он смешал в кучу очень разные вещи, получился в какой-то степени салат из селедки с вареньем. Опыт-то разный, одно к другому не сводится, отличия огромны, общего не так много, как может показаться на первый взгляд. Но это еще полбеды.

Давайте-как сыграем открытыми картами. Что осталось не-табуированным? Европейское, по сути, либеральное устройство государства. Но именно оно-то никак в романе не показано. Ясно, что Казаков пишет не о какой-то выдуманной довоенной старине, он пишет о современной РФ, он пытается предупредить: как бы мы не въехали опять в то же самое, только ракурс чуть сдвинут; как бы мы опять не начали войну, превышающую наши силы и возможности. Ну вот он всё, что мог, табуировал, а свое-то никак не предъявил… А что было бы уместным предъявить? Наши 90-е? Тогда ведь у нас был либерализм в полном расцвете сил? А предъявишь ВОТ ЭТО, и наше невнятное полу-патриотическое, полу-евразийское, полу-либеральное, полу-православное государство сегодняшнего дня начинает казаться чуть ли не раем земным. Во всяком случае, меньшим злом. Да-да, именно наше нынешнее серо-буро-малиновое «среднее арифметическое» между Чубайсом и Стрелковым.

Была, знаете ли, популярная советская присказка: «Критикуешь – предлагай!» И? Лучше-то предложить нечего…

Но всё же, всё же… Казаков честно думает о своей стране, честно тратит время на малотиражный роман-предупреждение, работает, зная, что денег ему это ну никак не принесет. Тратит много времени на то, чтобы подвести под свои суждения солидную историческую базу. То есть делает то, чего уйма наших нынешних писателей-фантастов не то что бы не делают, а даже и не задумываются о такой возможности. Поэтому я, даже во многом с Казаковым не соглашаясь, все же постараюсь включить его роман в бастконовские номинационные списки.


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments